Российский фонд помощи

ЛГБТ-память: от преследований и замалчивания — к увековечиванию. Часть 2

«Светлой памяти Сергея  Мозжегорова (28.07.1988 – 22.10.2013) – молодого интеллектуала, гей-активиста и замечательного человека, который как ученый и гражданин боролся за равноправие ЛГБТ всю свою жизнь, трагически оборвавшуюся в октябре 2013 года».

Дневник Сергея Мозжегорова

Здравствуйте, дорогие друзья!

В прошлый раз мы говорили о том, какой путь прошли европейские государства от последних преследований геев и лесбиянок к признанию их страданий и к увековечиванию их памяти. Давайте же сегодня продолжим эту беседу и посмотрим на другие государства, которые перешли от гомофобии к толерантности и увековечивали память тех, кто пострадал за то, что любил людей своего гендера.

Вслед за Европой увековечивать память пострадавших от гомофобии стали и в Западном полушарии, в Соединенных Штатах Америки. США имеет довольно сложную и противоречивую ЛГБТ-историю: так, отмена уголовного преследования во многих штатах произошла существенно позже, чем в большинстве других цивилизованных стран, а отказ от гомофобии на федеральном уровне произошел всего лишь десять лет назад. При этом именно в США были созданы одни из первых правозащитных ЛГБТ-организаций, и именно в этой стране произошли знаменательные Стоунволлские бунты, повернувшие ход истории и ставшие важнейшим шагом на пути к ЛГБТ-освобождению. Давайте сделаем небольшой экскурс в ЛГБТ-историю США, чтобы понять, как это государство пришло к современной толерантности и сумело признать жертв гомофобии.

Как мы знаем, колониальная Америка, перейдя под власть британской короны в 17 веке, унаследовала от метрополии все ее законодательство, в том числе и бесчеловечные законы о «содомии» (под которой подразумевались любые сексуальные действия, не направленные на обретение потомства), действовавшие на Британских островах веками. Наказанием за это «преступление», как почти во всем тогдашнем западном мире, была смертная казнь. При этом до второй половины XIX столетия подавляющее большинство населения страны составляли земледельцы, проживавшие в сельской местности, где доминировали взгляды на сексуальность, поддерживаемые церковью, и поэтому в условиях гомофобии и отсутствия крупных городских центров, где могла бы развиться хотя бы какая-то гомосексуальная субкультура, сами геи вынуждены были скрывать себя, опасаясь преследований и порицания. Поэтому о борьбе за права геев в современном понимании не могли быть и речи.

Тем не менее, в конце XVIII-начале XIX века происходит заметная гуманизация западной мысли и законодательства. Несомненно, это стало во многом результатом эпохи Просвещения и Великой французской революции, по итогам которой Франция первой из западных стран отменила уголовное преследование геев и дала возможность другим государствам пересмотреть свои взгляды на права человеческой личности. На волне этих изменений в США также происходят изменения: штаты постепенно отменяют смертную казнь за гомосексуальность, заменяя ее тюремным заключением, что по тем временам считалось гораздо более мягкой мерой. Первым таким штатом стала Пенсильвания, известная своими давними либеральными склонностями – она приняла такой закон в 1786 году. Основателем провинции (будущего штата) стал прогрессивный британский философ и общественный деятель, в свое время подвергшийся преследованиям на родине, Уильям Пенн, превратил свои колониальные владения в Америке в свободную провинцию, которая стала второй родиной для многих беженцев из метрополии, которых преследовали за политические и религиозные убеждения – одними из первых стали члены сект квакеров, меннонитов и других протестантских групп. (Hans Fantel, William Penn: Apostle of Dissent, William Morrow & Co., New York, 1974, p.194.)

В 1701 году Пенн даровал жителям Пенсильвании Хартию привилегий, предоставив им значительные по тем временам свободы. (Charter of Privileges Granted by William Penn, esq. to the Inhabitants of Pennsylvania and Territories, October 28, 1701 ).

Возможно, поэтому именно Пенсильвания стала первой провинцией, сумевшей воспринять либеральные веяния, возникшие в Европе.

Примеру Пенсильвании последовали остальные штаты, отменившие казнь за гомосексуальность в последующие годы.

Однако эти изменения, скорее всего, свидетельствовали не о смягчении отношения к гомосексуальности, а были лишь следствием гуманизации законодательства в целом, которое происходило на фоне разработки идей естественных прав человека, в том числе неотъемлемого права на жизнь. При этом само общество оставалось гомофобным.

Тем не менее, эта эпоха не была беспросветной. Например, выдающийся поэт-гей Уолт Уитмен, классик американской литературы, опубликовал в 1860 году открыто гомоэротический цикл стихов «Аир благовонный» («Calamus»). Несмотря на критику и скандал, это не вызвало никаких серьезных последствий.

Однако в XIX веке до ЛГБТ-эмансипации было еще далеко. Более того, во второй половине столетия, под влиянием пуританской викторианской идеологии, распространившейся на весь англосаксонский мир, преследования за любые отклонения от гетеронормативистской модели поведения усилились. При этом, если  в XVIII-XIX веках на практике наказание несли в первую очередь лица, совершившие насильственный гомосексуальный акт, то начиная примерно с 1880-х годов также все добровольные половые акты между мужчинами начинают жестоко караться . (Mucciaroni, Gary. Same Sex, Different Politics. Chicago UP. Pg. 117–128. 2008)

Однако на фоне промышленной революции и роста крупных городов возникают зачатки зарождающейся гомосексуальной субкультуры. Одним из центров притяжения для американских геев становится, конечно же, Нью-Йорк, крупнейший мегаполис США. Именно там, к слову, обосновался еще с 1841 года Уолт Уитмен.

В начале 20 столетия на фоне волны гуманизации общественной мысли и под влиянием первой волны гей-эмансипации в Европе, в США все больше слышны голоса в защиту сексуальных меньшинств. В 1908 году публикуется первая работа в защиту прав геевThe Intersexes: A History of Similisexualism as a Problem in Social Life, was написанная Эдвардом Стивенсоном  Edward Stevenson под псевдонимом Xavier Mayne. 600-страничный труд подробно анализировал историю мужской любви, начиная с античности и заканчивая современной автору гей-культурой мегаполисов США.

Также Стивенсон опубликовал первую в США открытую гей-повесть под названием Imre: A Memorandum.

Параллельно с этим, Клод Хартланд (Claude Hartland), первый открытый гей в истории США, опубликовал историю своей жизни, дав обществу возомжность посмотреть на гомосексуальность изнутри. (Edsall, Nicholas C., Towards Stonewall.Virginia UP. Pg. 127–152.)

Гомосексуалы становились все более заметными в общественной жизни, и это привело к ответной реакции со стороны властей. По горькой иронии судьбы, Христианская ассоциация молодых мужчин, которая продвигала почти те же идеалы мужского товарищества и телесного совершенства, что и поэзия Уитмена, стала главным борцом с гомосексуальностью, и именно под давлением ее лидера Энтони Комстока (Anthony Comstock) ряд штатов принял ужесточенные законы о цензуре, борясь с распространением информации о гей-сообществе. При этом в рядах самой организации гомосексуальность была частым явлением, и после крупного скандала в 1912 году, когда около 50 членов ассоциации были арестованы за гомосексуальность, она прекратила свою гомофобную кампанию.

В 1924 году создается первый прототип правозащитной ЛГБТ-организации – Общество за права человека, основанное Генри Джербером (Henry Gerber). Во время Первой мировой войны Джербер служил в американской армии и несколько лет провел в воюющей Европе, где ему посчастливилось узнать о рахработках немецкого ученого Магнуса Хиршфельда, выдающегося борца за права гомосексуалов. К сожалению, организация была почти сразу же закрыта властями. (Katz, Jonathan Ned (1976). Gay American History: Lesbians and Gay Men in the U.S.A.: A Documentary. Crowell. pp. 386-387)

В последующие десятилетия консервативная мораль во всех сферах общества снова одерживает верх, и гомосексуалы вынуждены скрываться и жить подпольной жизнью. Тем не менее, зачатки гей-культуры уже нельзя было остановить, и в крупных городах развилась целая сеть гей-заведений. Естественно, это не могло оставаться незамеченным.

Однако именно в США возникают одни из первых правозащитных ЛГБТ-организаций. В 1950-е  в Калифорнии открываются две родственные организации – «Общество Маттачине» (1950, Лос-Анджелес), чуть позже, в 1955 – «Дочери Билитис» (Сан-Франциско). (Marcus, Eric (2002). Making Gay History, Harper Collins Publishers. p. 21, 24-25).Предположительно, название «Маттачин» происходит от названия Общества Матташин (Société Mattachine)– средневекового французского мужского политчиеского клуба, участники которого носили маски на встречах и поэому могли свободно критиковать действия властей. (Katz, Jonathan. Gay American History. Crowell Publishers; 1974.) В свою очередь, название этой организации восходит к образу Маттакино (Mattacino), персонажу итальянского театра, придворному шуту, который был единственным, кто мог говорить королю правду без страха. Счаитается, что его имя происходит от арабского mutawajjihin – «носящие маски», ведь шуты действительно носили маски и грим. (Johansson, Warren and William A. Percy (1994). Outing: Shattering the Conspiracy of Silence. New York: Haworth Press. P. 92).

Название общества «Дочери Билитис» восходит к имени Билитис – вымышленной современнице и подруге знаменитой Сапфо, которой это имя дал французский поэт Пьер Луи ( Pierre Louÿs) в своем сборнике «Песни Билитис» (1894). («And Now We Are 3…» The Ladder, Oct 1958, Vol. 3 Issue 1, p4.)

Исторически именно Калифорния с ее высоким уровнем населения (по которому она опережает все остальные штаты), с ее крупными промышленными, научными и культурными центрами, достаточно высоким уровнем жизни а также с ее давней традицией культурного многообразия (пограничное положение, крупные потоки миграции во времена Золотой лихорадки, Великой депрессии и двух мировых войн) стала едва ли не основным очагом ЛГБТ-эмансипации.

Другим центром ЛГБТ-движения продолжал оставаться Нью-Йорк, в котором и произойдут знаменитые Стоунволльские выступления, положившие начало открытой борьбе геев за свои права. О Стоунволле уже много сказано и написано, на эту темы можно говорить и писать бесконечно, а мы лишь освежим в памяти исторические контекст и вспомним его основные события.

Итак, как мы помним, 1960-е годы были поворотным десятилетием, которое ознаменовалось борьбой за права человеческой личности, за ее достоинство и равноправие. По всему миру граждане борются за равноправие полов, за социальные и экономические права, за равноправие народов, за отказ от военного насилия и за спасение окружающей среды. Именно тогда возникают протестные молодежные субкультуры, и именно тогда в Европе проходят массовые акции протеста. Как и в далеком 18 столетии, одним из флагманов революционного движения становится Франция, которую сотрясают знаменитые студенческие волнения в Париже в 1968 году. В том же 1968-м в Чехословакии проходит печально известная «Пражская весна», подавленная советскими войсками, а власти США уверенно отказываются от расовой сегрегации вскоре после гибели Мартина Лютера Кинга.

Естественно, что на волне борьбы за права человека и в условиях усиления феминизма, пацифизма, триумфа сексуальной революции, а также успехов борьбы против расовой сегрегации в США ЛГБТ движение начинает уверенно поднимать голову.

В 1959 году Ли Мортимер (Lee Mortimer), один из колумнистов нью-йоркской газеты NY Mirrorначал очередную кампанию борьбы за «нравственность». Это обернулось новыми рейдами против гей-клубов и других мест встреч геев. В 1965 году пост мэра Нью-Йорка занял Джон Линдсей (John Lindsay), и благодаря его либеральности активистам удалось добиться ослабления политики подавления и запугивания геев. Однако преследования продолжались, и в 1966 году президент нью-йоркского отделения правозащитной ЛГБТ-организации «Общество Маттачин» и его соратники в баре «Julius» проводят знаменитую акцию протеста под названием «Sip-in» – (от слова «sip» – глоток), в ходе которой люди отказывались помещение бара, пока их требования не будут выполнены.

в 1969 году, в ходе одного из рейдов, полиция натолкнулась на мощное сопротивление ЛГБТ-активистов, которое переросло в открытые столкновения. Осада полицией гей-клуба  Stonewall Inn вGreenwich Village – районе, где было сконцентировано гомосексуальное населения –  привела к нарастанию массового мятежа во всех прилежащих кварталах. Это была невиданная по размаху акция протеста против давления полиции и консервативно настроенных организаций, которая стала знаковым шагом в борьбе за права геев и лесбиянок. Она вошла в историю как знаменитые Стоунволлские бунты.

Сразу же после окончания акции были созданы новые правозащитные организации, в первую очередь Gay Liberation Front, а также были созданы новые СМИ – главной стала газета Gay,благодаря которой все больше людей стало присоединяться к борьбе против гомофобии. Уже в следующем, 1970-м году, в первую годовщину Стоунволльского бунта, активисты смогли провести первый в истории США гей-прайд – с тех пор подобные мероприятия проводятся в разных странах, как правило, в июне, с целью напомнить о драматичной борьбе геев за свои права.

На момент Стоунвольских выступлений уголовная ответственность за гомосексуальные половые отношения была отменена всего лишь в одном штате  – в Иллинойсе (с 1961 года). После знаменательных событий 1969-го штаты один за другим начинают отменять ответственность за гомосексуальность, а в 1985 году именно Калифорния, известная нам как родина первых ЛГБТ-организаций США, становится первым штатом, который признает право людей одного гендера вступать в гражданские союзы – это был первый случай признания Америкой возможности вступления в однополый союз. Примеру Калифорнии последовал и ряд других штатов.

Формально гомофобные законы сохранялись в ряде штатов, последним из них оставался Техас, где это выглядело уже как некий исторический курьез. Однако в 2004 году Верховный суд США, рассматривая дело Laurens vs. Texas, постановил, что запрет на гомосексуальные отношения, установленный законодательством Техаса, неконституционен. Так были отменены последние архаичные гомофобные законы США.

Поэтому неудивительно, что США вслед за другими государствами стал признать жертв гомофобии и увековечивать их память.  Первый памятник подобного  рода в США (и во всем Западном полушарии) появился еще 1999 году. В маленьком городке Энкоридж (Anchorage) на Аляске, на муниципальном кладбище была открыта символическая могила геев и лесбиянок – небольшая черная плита из гранита с розовым треугольником и надписью «Ваш дух остается жив в Мире и Гордости».

Почему памятник был открыт именно в Энкоридже? Возможно, этому есть свое объяснение. На мой взгляд, оно может быть таким. Это крупнейший город штата Аляска – одного из самых толерантных и терпимых штатов США. В настоящее время, там проживает множество открытых ЛГБТ-пар, в том числе и воспитывающих детей  – причем дети, воспитываемые одногендерными парами Аляски, составляют 4% от всех усыновленных американцами детей.

Особенно важно, что на протяжении более чем тридцати лет в городе жили известные гей-активисты «Эл» и «Дэн» Картер-Инконтро (Al and Dan Carter-Incontro), усилиями которых в городе был открыт общинный центр поддержки геев и лесбиянок.

(Jerzy Shedlock Influential Alaska gay activists remembered at memorial service. Alaska Dispatch, June 8, 2013, )

Установка памятника не вызвала какие бы то ни было возражения со стороны местного населения. Это вполне объяснимо – как известно, в настоящее время Аляска считается одним из самых терпимых штатов США. Надо сказать, что у толерантности населения Аляски, видимо, есть свои причины. Позволю себе сделать несколько предположений.

В первую очередь, ЛГБТ-история Аляски разительно отличается от истории других штатов США да и вообще Западного мира. Позволю себе на некоторое время остановиться на этой любопытном вопросе.

Дело в том, что, как мы все помним, с начала своего освоения западными людьми в XVIII веке и до 1867 года Аляска являлась частью Российской империи, территориально относясь к Иркутской губернии. В России отношение к геям было достаточно толерантным, и даже несмотря на введение уголовной ответственности за «мужеложество» в 1832 году, общество относилось к мужской любви достаточно спокойно. Естественно, на отдаленной и малонаселенной окраине империи вопросы наказания за гомосексуальность были еще менее актуальны.

После продажи Аляски Соединенным Штатам она долгое время не имела устойчивого статуса, и, как следствие – законодательства. Так, первые семнадцать лет своего пребывания в составе США на Аляске не было конкретно действующего уголовного законодательства. Только в 1884 году было решено распространить на Аляску действие Уголовного кодекса штата Орегон, также расположенного на северо-западном побережье США, и теперь гомосексуальность стала наказываться пятилетним заключением. Тем не менее, Аляска, оставаясь малонаселенной территорией, едва ли обнаруживала мало-мальски заметное наличие ЛГБТ среди своих жителей, к тому же геи стремились попасть в крупные развитые города – в Нью-Йорк, Лос-Анджелес или в Сан-Франциско.

Наконец, думаю, немаловажно и то, что среди жителей Аляски находится существенное количество коренных американцев – в соответствии с последней переписью, их доля составляет около 14% жителей, то есть каждый седьмой аляскинец – коренной американец. При этом вестернизация аляскинских народов началась очень поздно – лишь на рубеже двадцатого века. А как мы знаем,коренные американские народы издревле относились к гомосексуальности терпимо, воспринимая геев и лесбиянок как людей «двойного духа», в которых живет душа и женщины, и мужчины. Учитывая, что самобытная культура этих народов во многом сохранилась и бережно охраняется в последние годы, вполне возможно, что их спокойные взгляды на сексуальность также сыграли свою роль в формировании отношения жителей Аляски к геям и лесбиянкам.

Но самый яркий ЛГБТ-мемориал в США возник именно в Калифорнии, в Сан-Франциско, в районе Кастро, который известен как один из старейших гей-кварталов США, и именно с ним связано имя Харви Милка – первого открытого гея, избранного на государственный пост в Америке (член наблюдательного совета города Сан-Франциско с января по ноябрь 1978 года, 27 ноября убит вместе с мэром Джорджем Москоне). Конечно же, речь идет о Мемориальном парке и мемориале Розового треугольника (англ. Pink Triangle Park and Memorial). Это мемориальный комплекс, созданный в память обо всех геях, лесбиянках, бисексуалах и транссексуалах, которые подвергались преследованию и дискриминации из-за своей сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Монумент был открыт 23 июня 2003 года.

Авторами проекта являются художники Роберт Брюс (Robert Bruce) и Сьюзен Мартин (Susan Martin). В парке треугольной формы стоит 15 трёхгранных белых колонн, увенчанных розовыми треугольниками, которые расположены так, что составляют на склоне равносторонний треугольник. Колонны символизируют 15 000 гомосексуалов, погибших в концлагерях нацистской Германии. По парку идёт дорога, в середине имеющая площадку в виде розового треугольника.. Памятная доска парка напоминает, что после падения нацистского режима узники-гомосексуалы были отправлены обратно в тюрьмы, а впоследствии вплоть до 2002 года официальные власти не признавали их жертвами Третьего Рейха. По замыслу устроителей мемориальный парк являет собой физическое напоминание того, что преследование одной отдельной группы людей в итоге неизбежно повреждает всему обществу.

Парк был заложен 10 декабря, в день принятия Всеобщей декларации прав человека, дабы подчеркнуть неделимость прав человека вне зависимости от сексуальной ориентации и гендерной идентичности. На открытии присутствовал мэр Сан-Франциско Вилли Браун (Willie Brown).

В 2008 году мемориал подвергся нападению, вандалы разрисовали его нацистскими свастиками.

Незадолго до открытия Парка в калифорнийском городе Палм Спрингс был открыт также другой, гораздо более скромный памятник жертвам гофомобии —– мемориал, посвященный гомосексуальным и трансгендерным ветеранам войн, появившийся в День памяти 27 мая 2001 года. Инициаторами его создания стали AMVETS Post 66 & Palm Springs Gay Veterans. Первая из них была обычной организацией ветеранов войн, а втора объединяла именно военных-геев.Казалось бы, после всех выдающихся достижений гей-движения признание памяти геев, которые служили в американской армии, было естественным. Однако и здесь были свои сложности. Основатель памятника Том Сванн (Tom Swann), возглавивший организацию гей-ветеранов города Palm Springs Gay Veterans в 1998 году, вспоминает, что в 1998-1999 годах ветераны-гомосексуалы отсутствовали на военных парадах в День памяти и не участвовали в церемониях на кладбище. После этого ему пришла идея почтить память геев, которые сражались наравне с гетеросексуалами, и создать подобный памятник, тем самым поддержав и живых ветеранов, которые не решались открыто участвовать в подобных мероприятиях. Суонн пишет, что подобная идея вызвала существенный отпор – так, местные ветеранские организации не признавали легитимность Palm Springs Gay Veterans под предлогом того, что организация не финансируется Конгрессом, а некоторые граждане звонили мэру города и сообщали, что геи слишком женственны для того, чтобы служить в армии, и что нынешние ветераны-геи якобы «выбрали» гомосексуальный образ жизни лишь после окончания службы, а некоторые даже выражали опасения, что геи будут приходить на памятные церемонии «в кожаной одежде, с перьями и хлыстами»..

Для работы над проектом Сванном была основана инициативная группа California Gay Veterans Memorial Association. В ходе своей работы членам этого общества пришлось столкнуться с упорным сопротивлением руководства Мемориального парка штата Калифорния – кладбища, где планировалось установить памятник. Руководители кладбища ссылались на Пентагон, который на тот момент открыто заявлял, что геи в армии разрушают единство и снижают дисциплину, и напоминали о том, что и Конгресс относится к геям далеко не лояльно, поскольку еще в 1994 году он принял программу «Don’t Ask, Don’t Tell» («Не спрашивай – не говори»), целью которой было снижение видимости геев в воинских частях и замалчивание их проблем. Было очевидно, что скрытая дискриминация в Калифорнии продолжает существовать, и городские службы поддерживают ее.

Тем не менее, благодаря тому, что Том Сванн был также председателем форума CA Democratic Party VeteranТs Caucus, у него были тесные связи с главой ветеранской организации AMVETS Post 66 (Ассоциация американских ветеранов – Гарнизон 66) Деннисом О’Деллом. Благодаря отношениям с этой ассоциацией Суонну удалось наконец получить разрешение на установку памятника, который был торжественно открыт в День памяти в 2001 году. (Tom Swann, The History of America’s First Gay Veterans Memorial, Cathedral City, CA. 2011.)

Как мы видим, в США геи и лесбиянки однозначно добились от государства признания своего права увековечить память тех, кто пострадал и еще страдает от бесчеловечных гонений.

Теперь же перенесемся из Европы на другой конец света – в Австралию, ведь именно здесь  в 2004 году возник еще один значимый ЛГБТ-мемориал. Однако что предшествовало его появлению?

ЛГБТ-история Австралии достаточно своеобразна, и она знает немало тяжелых страниц. В доколониальные времена, среди многочисленных автохтонных народов Южной земли, гомосексуальность была в разной степени приемлема и в целом не представляла проблемы для окружающих, как это обычно происходило у всех древних народов, которые не находились под давлением искусственно выдуманных норм поведения. Однако все изменилось в конце XVIIIстолетия, когда континент подвергся активной колонизации со стороны Британской империи. До потери североамериканских колоний, обретших независимость в 1776 году, эти южные и далекие земли вызывали мало интереса у британцев. Однако после потери своих американских владений Великобритания стала делать ставку на Австралию, которая с 1788 года активно превращается в полноценную британскую колонию. С первых же лет колонизации Австралия благодаря своему удаленному расположению и обширным незаселенным территориям превратилась в место массовой ссылки осужденных с Британских островов. Это наложило огромный отпечаток на первые десятилетия истории современной Австралии, и, конечно же, это имело свое значение для истории австралийских ЛГБТ.

После присоединения Австралии к Британской империи, естественно, на этот континент стали распространяться и все существовавшие в стране законы о содомии, согласно которым любовные отношения между мужчинами во многих случаях наказывались смертью. При этом женская гомосексуальность никак не каралась законом.

В первые десятилетия существования британской Австралии на континент прибыли тысячи осужденных – в основном мужчин, которые создали огромный демографический перевес, поскольку женщины в Австралии были в меньшинстве. Так, по прибытии первого корабля с заключенными в Порт Джексон, на 189 женщин приходилось 1373 мужчины. При этом, как правило, большинство людей содержалось отдельно от представителей противоположного пола.

Поэтому, несмотря на строгие запреты, гомосексуальность нередко проявляла себя, порой она имела довольно массовый характер. Любопытно, что среди различных слоев ссыльных встречалось различное отношение к гомосексуальности, в зависимости от их социального положения: среди осужденных из низших слоев, она была приемлемой и неосуждаемой, но чем выше было общественное положение и состояние человека, тем больше он порицал гомосексуальность.

(Garry Wothersoon, Gay Men. The Dictionary of Sydney, 2008. )

Кроме того, именно в Австралию отправлялись практически все осужденные в Великобритании геи – так называемые Mollies, которых обнаруживали во время рейдов по так называемым Molly houses –тогдашним подпольным аналогам современных гей-клубов. В закрытом мужском сообществе австралийских ферм, заселенных ссыльными, они способствовали тому, что окружающие более свободно раскрывали свою гомосексуальность.

Первый губернатор Австралии Артур Филлип (1788-1795) был ярым гомофобом и заявлял, что смертной казни заслуживают только два преступления – убийство и содомия. Позднее он также писал, что готов был бы передать осужденных геев на съедение туземным жителям Новой Зеландии, известных каннибализмом, потому что страх такого наказания подействовал бы на мужчин сильнее, чем просто страх смерти.

Однако в первые десятилетия британского владычества в Австралии эти слова не доходили до дела. Первое дело о содомии («buggery») в Австралии было открыто лишь в 1796 году: обвинения были предъявлены человеку по имени Фрэнсис Уилкинсон (Francis Wilkinson), однако позже он был оправдан. Первая казнь гея произошла намного позже, в 1828 году. Двое мужчин  – капитан китобойного судна Александер Браун (Alexander Brown) и член экипажа Ричард Листер (Richard Liester) были приговорены к повешению, однако Листер в последнюю секунду был помилован и выслан из страны. Браун был казнен. (R. French, Camping by a billabong: gay and lesbian stories from Australian history, Blackwattle Press, Sydney, 1993, pp 6–7.)

В 1822 году было проведено крупное расследование по делу о гомосексуальности, и в результате тридцать женщин из фермы для осужденных были переведены на мужскую ферму в Эму Плейнс (Emu Plains), пригороде Сиднея, чтобы сдержать «противоестественный порок», который царил там. Повсеместное распространении гомосексульного поведения было зафиксировано и во время расследований 1832-1837 годов в Сиднее.

Поселение на острове Норфолк, в свое время известное своими тяжелыми условиями, было реформировано гуманистически настроенным Александром Маконоши (Alexander Maconochie) , и в нем был создана либеральная спокойная атмосфера, где мужчины часто жить в парах. По сообщению Роберта Стюарта, что в каждый конкретный момент на острове находилось не менее ста таких пар, и такие мужчины называли друг друга мужьями и женами. В годы Маконоши, секс между мужчинами на острове все же карался плетьми, однако по сравнению с теми мерами, которые применялись к геям в остальных уголках Империи, это наказание было одним из наименее жестоких .

Гомосексуальность иногда приобретала такой размах, что, по мнению исследователей, стала одним из основных аргументов в пользу отмены политики ссылки осужденных в Австралию, и действительно, в 1840-х годах от этой практики отказались. Правда, на смену осужденным в Австралию ринулись толпы свободных переселенцев, искавших удачу на открывшихся золотых приисках – и большинство из этих людей тоже были мужчинами.

Последняя казнь гея в Австралии произошла в 1863 году на острове Тасмания. Чернокожий осужденный по имени Хендрикс Уитнельдер (Hendrix Whitnelder) и четырнадцатилетний мальчик, имя которого неизвестно, были обвинены в содомии. Мальчика в итоге освободили, однако мужчину приговорили к повешению.

В 1899 году наказание за гомосексуальность было изменено со смертной казни на пожизненное заключение.

К середине 19 века относится и первое упоминание о высокопоставленной гей-паре, которая, конечно, во многом держала свой союз в тайне. В 1859 году на пост первого колониального секретаря (аналог современного премьера-министра) Куинзленда был назначен Гилберт Герберт(Gilbert Herbert), который жил в союзе со своим прокурором, Доном Брэмстоном (Don Bramston), которого он узнал в начале 1850-х в годы обучения в Оксфордском университете. Их совместная жизнь продлилась более чем пятьдесят лет, и многие годы они провели в поместье, которое построили вдвоем и которое назвали, совместив свои фамилии – Герстон (Herston) . Много лет спустя Герберт, отвечая на вопрос о длительности своих отношений, ответил: «Нет смысла говорить мужчине, который счастлив с другим мужчиной, чтобы он женился на женщине, потому что она может оказаться большим разочарованием для него».

Тем не менее, это был лишь частный случай, исключение, а вовсе не правило. И в первой половине 20 века Австралия оставалась гомофобной, пуритански настроенной консервативной страной. В начале столетия гомосексуальность начинает постепенно восприниматься не как осознанное отклонение от общепринятых норм, а как заболевание. Но все же – как заболевание, позорное и требующее жестокого лечения, при этом влекущее уголовную ответственность.

Однако геи продолжали искать возможности для того, чтобы жить и любить – в 1932 году австралийская газета The Arrow с возмущением писала о распространении мужской любви в Брисбене и об «омерзительных, ужасающих зрелищах «свадеб» между мужчинами, требуя от полиции конкретных действий для прекращения такого «открыто аморального поведения».

И все же в 1960-е годы, как и во всем цивилизованном мире, в Австралии набирает силу зарождающееся ЛГБТ-движение. Создаются первые организации  – правозащитный союз Общество Реформы Закона о гососексуальности (середина 1969), Австралийское отделение американской организации «Дочери Билитис» (1970). В 1960-у 1970-е году ЛГБТ-организации активно устаивают акции, распространяют листовки и воззвания в пользу борьбы за свои права. Так, в 1978 году была проведена знаковый гей-прайд Gay Mardi Gras, которая с тех пор проходит в Сиднее ежегодно.

В 1963 году в Австралии был открыт первый гей-клуб Purple Onion.

ЛГБТ-движение сникало поддержку Лейбористской партии, и в 1972 году в парламент австралийского штата Южная Австралия был внесен законопроект об отмене преследований за гомосексуальность, если однополое сношение происходит между взрослыми мужчинами по обоюдному согласию и в приватной обстановке. Этот законопроект был принят, и в 1972 году Южная Австралия стала первым штатом Австралии, который отменил наказание за добровольное вступление в гомосексуальные отношения.

В остальных штатах аналогичные нормы были приняты в период с 1976 по 1990 год. В 1994 году Австралийское содружество приняло Закон о правах человека (глава 4), Human Rights (Sexual Conduct) Act 1994  (Section 4), который отменил любые преследования за гомосексуальность по всей Австралии. При этом последней территорией, где гомосексуальность оставалась наказуемой, был остров Тасмания, однако и эта норма была отменена по решению Федерального правительства и Комитета ООН по правам человека в 1997 году. Окончательным поводом для этого послужил иск активиста Николаса Тунена против Австралии (Nicholas Toonen vs. Australia ), инициированное перед Советом ООН по правам человека, в котором активист требовал отмены антигомосексуального закона Тасмании как дискриминационного и дающего повод к насилию в отношении ЛГБТ (1996). Естественно, дело было выиграно.

В 1984 году Австралийская медицинская ассоциация исключила гомосексуальность из своего списка заболеваний.

Последний человек, наказанный за гомосексуальность в Австралии, был арестован в 1984 году и приговорен к восьми месяцам тюрьмы. Он был пойман, когда занимался сексом с другим мужчиной в машине на обочине шоссе в Хобарте, Тасмания.

Таким образом, Австралия, долгое время остававшаяся исключительно гомофобной страной, стремительно отменила свои архаичные гомофобные законы под влиянием ЛГБТ-сообщества в 1970-1990-е годы. И при этом она пошла еще дальше. В 1991 году, после введения особой визы взаимоподдержки (Interdependency Visa), парламентская рабочая группа по вопросам ЛГБТ добилась, чтобы поправки в Закон об иммиграции 1958 года позволяли однополым партнерам также пользоваться возможностями такой визы и спонсировать своих любимых людей, которые бы приезжали по ней в Австралию.

На фоне подъема борьбы за права ЛГБТ правозащитники стали вспоминать и тех, кто погиб от гомофобных преследований, а также о тех, кто страдает от репрессий в других странах. Идею создать такой памятник подала Кити Фишер – уроженка Австрии, которая, будучи маленькой девочкой, вместе со своей сестрой была разлучена с родителями и пережила ужасы Освенцима. Она смогла выжить благодаря заключенному-гею, «человеку с розовым треугольником на груди», который отдавал девочкам свою скудную еду и тем самым спас им жизнь. В 1991 году была создана инициативная группа по созданию первого в Австралии памятника геям и лесбиянкам – жертвам гомофобии прошлого и настоящего. В опубликованном группой заявлении предлагалось соорудить монумент в форме розового треугольника. Представитель группы Эндрю Кларк напомнил о том, что гомофобия, которая привела к тысячам смертей в Третьем рейхе, и поныне приносит новые жертвы: «Кровь мучеников Холокоста ничем не отличается от тех, чью кровь проливает гомофобия сегодня».

В 1992 году группа создала ежемесячный новостной листок, который рассылался всем участникам и сочувствующим. Тем не менее, их активность долгое время не находила отклика у властей, и только к 2001 году муниципальный совет поддержал инициативу. Памятник был открыт в 2001 году в Грин Парке Сиднея.

Авторами памятника стали Рассел Родриго (Russell Rodrigo) и Дженнифер Гэмбл (Jennifer Gamble)Мемориал, размещённый на треугольной площадке, представляет собой абстрактную композицию из двух элементов: основание в виде призмы розового треугольника, на котором размещено историческое фото узников-гомосексуалов в концлагере и памятная надпись, переходит в пятнадцать чёрных стальных колонн, выстроенных в форме чёрного треугольника.

Хотя мемориал часто называют памятником геям и лесбиянкам, погибшим во время Холокоста, он был задуман как памятник всем гомосексуальным людям, которые страдали и продолжают страдать от дискриминации и преследований во всех странах и во все времена. Кроме того он призван играть роль символа послания в будущее во искоренение несправедливости в отношении сексуальных меньшинств и достижение полного равноправия. Надпись на монументе гласит:

«We remember you who have suffered or died at the hands of others. Women who have loved women, men who have loved men; and all of those who have refused the roles others have expected us to play. Nothing shall purge your deaths from our memories»

«Мы помним вас, пострадавших или умерших от чужих рук. Женщины, которые любили женщин, мужчины, которые любили мужчин; и всех те, кто отказался играть ожидаемую от него роль. Ничто не вытеснит вашу гибель из нашей памяти».

Однако вернемся в Европу. Мемориализация страданий жертв гомофобии не завершилась созданием памятников в Австралии и США – европейские страны продолжили увековечивание памяти о тех, кто страдал за свою инаковость. Правда, часть мемориалов существенно отличаются от тех памятников, которые возводились за 15-20 лет до этого – теперь это чаще всего скромные мемориальные плиты или дощечки, подобные тем , что установлены в память убитых геев на территории бывших нацистских концлагерей в Германии.

От тех, первых памятников, они нередко отличаются и своей историей. Если мемориалы Нидерландов и Германии создавались на фоне еще реальных гомофобных угроз и, неся особенную миссию, были призваны пронзить общественное сознание, открыть гражданам глаза на чудовищные преступления, которые совершались и совершаются против геев, то более поздние памятники, созданные в толерантных государствах – это выдержанная и траурно неброская дань памяти тем, кто погиб от рук гомофобов. Понятно, что их создание не было сопряжено с такими трудностями, с какими сталкивались авторы первых гей-памятников, Как правило, речь идет об увековечивании жертв гей-Холокоста. Так, в 2005 году первый ЛГБТ-мемориал был открыт в Соединенном Королевстве. Он представляет собой всего лишь маленькую черную памятную доску с розовым треугольником и надписью IN MEMORIAM («В память» – лат.) и находится в Центре памяти жертв Холокоста в Лакстоне, Ноттингемшир.

Франция, первая страна в западном мире, отменившая преследования гомосексуалов в далеком 1791 и пережившая четыре года нацистской оккупации во время Второй мировой войны, также может гордиться двумя памятниками репрессированным геям. Первый из них расположен в бывшем нацистском концлагере Нацвиллер-Штрутгоф, находившимся в Вогезах недалеко от границы с Альзасом, недалеко от города Ширмек и в 50 километрах от Страсбурга.

Нацвайлер-Штрутгоф был единственным нацистским концлагерем на современной территории Франции, хотя существовали и собственно французские временные лагеря – например, Дранси. Во время Второй мировой войны Альзас и Лотарингия являлись непосредственной частью Рейха, то есть считались германской, а не французской территорией.

Памятник представляет собой мемориальную доску с надписью: “À la mémoire des cictimes de la barbarie Nazie, déportées pour motif d’homosexualité ». («В память о жертвах нацистского варварства, депортированных за гомосексуальность»).

Второй мемориал установлен в Сен-Мало, он представляет собой мемориальную доску, на которой воспроизведены строки стихотворения профессора литературы и участницы движения Сопротивления Мишелин Морель (Micheline Maurel), написанные во время заключения в концлагере Равенсбрюк в 1943 году:

«Il faudra, que je me souvienne

Plus tard, de ces horribles temps,

Froidement, gravement, sans haine,

Mais avec franchise, pourtant…»

«Мне вспоминать придется после

Об этих страшных временах,

Спокойно, сдержанно, без злости,

Но с горькой правдой на устах …»

(Источник)

Мишелин Морель смогла выжить и впоследствии стала автором книг воспоминаний, первая из которых была опубликована в 1957: (Les editions de minuit, Micheline Maurel, Un camp tres ordinaire, ).

Еще одна подобная табличка появилась в Италии, в Болонье, где в 2007 году местные ЛГБТ-организации при значительной поддержке местных жителей получили разрешение на установку памятной доски, которая была открыта в 2011. (ArciGay.it)

К слову, в Италии уже несколько лет обсуждается идея полноценного памятника геям и лесбиянкам – жертвам нацизма. Однако она до сих пор не получила никакого внятного воплощения: Gay.it

Иногда образ гея-жертвы нацизма не становится основой для нового памятника, а вписывается в некий более общий проект. Так произошло в Риме, где около станции метро Piramide установлен коллективный памятник жертвам нацизма. Символическая композиция представляет собой группу из пяти фигур, каждая из который олицетворяет особую категорию узников концлагерей. Одна из них отмечена розовым треугольником и символизирует замученных нацистами геев. Памятник воздвигнут в 2000 году на том месте, где собирали арестованных для отправки в немецкие лагеря. (ArciGayMilano.org).

В 2006 году был открыт памятник в городе Ситжес на берегу Средиземного моря, примерно в 35 километрах от Барселоны. Это живописное курортное место нереко называют испанским Сен-Тропе, и его атмосфера издавна приклекала ЛГБТ-сообщество.

Монумент был открыт в десятую годовщины гей-демонстрации 1996 года, которая прошла в знак протеста после заявления местной полиции о своем намерении составлять списки геев, которые гуляют по ночным пляжам Ситжеса. В 1996-м геев во время шествия забросали яйцами, но спустя десять лет атмосфера уже существенно изменилась, и город украсился новым памятникам – данью памяти тем, кто страдал от репрессий в прошлом и напоминанием о тех, кто страдает сейчас.

Памятник представляет собой розовый треугольник высотой с человеческий рост, установленный на небольшом постаменте прямо на морском побережье. Он В наши дни Ситжес считается одним из самых лояльных к ЛГБТ городов в мире.

(PinkNews.co.uk, 11.10.2006. )

20 мая 2011 года свой памятник открылся в Барселоне, на площади Сутаделла. В церемонии открытия участвовал мэр Барселоны Хосе Эбреу. Первоначально предлагалось установить памятник возле знаменитой Базилики Святого Семейства, созданной по проекту Антонио Гауди, однако эту идею пришлось оставить после бурных проектов Католической церкви. Памятник представляет собой вмонтированный в газон каменный треугольник с надписью: “En memoria de los gays, las lesbianas y las personas transexuales que han sufrido persecución y represión a lo largo de la historia. Barcelona 2001″ («В память о геях, лесбиянок и трансгендеров, которые пострадали от преследований на всем протяжении истории. Барселона 2011).

Однако существуют и невоплощенные идеи крупномасштабных памятников жертвам гомофобии. Так, в 2006 году Вена решила почтить память геев, пострадавших от нацизма, монументальным проектом в виде бассейна площадью 400 м2, наполненного розовой водой, который бы подсвечивался в вечернее время. На поверхности должны были располагаться буквы QU(E)ER, обладающие двойным значением: с одной стороны, термином «queer» обозначают геев, лесбиянок, бисексуалов и всех тех, кто не следует гетеронормативной модели сексуального поведения и мышления. С другой стороны, немецкий предлог «quer» означает пересечение, движение поперек, он используется, например, в таком слове, как Querdenker – «инакомыслящий», и в этом смысле он приобретает отсыл к идее сопротивления, нонконформизму, к поощрению разнообразия и инаковости.

Автором проекта стал скульптор и фотограф Ханс Купельвизер (Hans Kupelwieser), выигравший конкурс в 2005 году. В презентации проекта участвовали члены городского совета и Mailath-Pokorny.(APA-OTS Portal, Ots.at, 21.05.2006)

Бассейн должен был быть расположен на площади Морцинплац (Morzinplatz) в центре Вены. Морцинплац носит имя почетного рыцаря и благотворителя графа Винценца фон Морцина (Vinzenz von Morzin), который в свое время завещал свое состояние нуждающимся жителям города. Место выбрано неслучайно – именно здесь, на Морцинплац, в 1938-1945 годах в здании бывшего отеля «Метрополь» находилось Центральное управление гестапо. Сейчас на месте сильно пострадавшего в годы войны и разрушенного в 1948 здания находится мемориал жертвам нацизма, установленный в 1951 году. (Примечательно, что после окончания войны ни одна венская гостиница не взяла название «Метрополь», столь популярное в гостиничном бизнесе во всем мире, именно из-за ассоциаций с трагическим прошлым Вены).

Монумент получил в проекте название «Rosa Platz» – «Розовая площадь». Постройка и открытие символического бассейна были намечены сначала на 2008 год, но затем возникли технические проблемы, связанные с разработкой долговременного красителя для воды, и строительство было отложено до 2009. Ряд политиков, в первую очеред представители партии зеленых, были возмущены этой отсрочкой. (Mahnmal für homosexuelle NS-Opfer: Kein Rosa Becken in Wien, 03.06.2008). А в 2009 году вся идея была законсервирована: как сообщили представители городского совета, площадь Морцинплац стали готовить к модернизации, и возведение нового памятника до того, как она будет приведена в надлежащее состояние, нецелесообразно. Однако взамен постоянного памятника до окончания модернизации городские власти решили, начиная с 2010 года, проводить регулярные временные инсталляции (1-2 в год) на площади с тем, чтобы почтить память геев-жертв нацизма. (Mahnmal für NS-Opfer wird nicht kommen18.12.2009).

Еще один памятник геям-жертвам нацизма скоро может появиться в Тель-Авиве, в Израиле. Как известно, Израиль является одним из самых ЛГБТ-толерантных государств в мире. Территория современного Израиля веками находилась под властью Османской империи, которая отменила уголовное преследование гомосексуалов еще в 1858 году, и хотя во времена британского мандата 1923-1948 годов англосаксонские законы о «содомии» были введены и в тогдашней Палестине, уже в 1963 генеральный прокурор заявил о том, что эти нормы впредь не будут исполняться. В 1988 уголовная гомосексуальность была окончательно отменена. Уже в 1990-е принимается ряд законов, направленных на защиту геев от дискриминации на рабочих местах и в армии. (Sam Greenberg. Homosexual Rights in Israel: Balancing the Religious and the Secular )

В 1993 депутат Кнессета (израильского парламента) Яэль Даян произнесла перед своими коллегами пламенную речь в защиту ЛГБТ, напомнив присутствующим об истории гомосексуальных отношений Давида и Ионафана и процитировав на эту тему несколько отрывков из Торы. (Robert Block. King David Theory Starts Goliath of a Row. Independent.co.uk 19.02.1993 )

В 1993 году в Тель-Авиве, самом крупном, современном и динамичном городе Израиля, прошел первый в истории страны гей-прайд.

В конце августа 2013 года стало окончательно известно, что в Ган-Меир (парке памяти Голды Меир), где расположен городской ЛГБТ-центр, будет возведен монумент в виде треугольной плиты, на которой будет помещен еще один треугольник, меньшего размера и розового цвета. Табличка рядом со скамейкой у памятника будет объяснять прохожим смысл этого мемориала. Проект является инициативой депутата городского совета, члена партии Мерец Эрана Лева. Предложение было одобрено мэром Тель-Авива Роном Хулдаем. Памятник был открыт в январе 2014 года. (Tel-Aviv Unveils First Memorial to Gay Holocaust Victims, bbc.co.uk, 10.01.2014 )

И все же самым универсальным и прогрессивным ЛГБТ-мемориалом стали Площадь и памятник сексуального разнообразия (исп. Plaza y monolito de la diversidad sexual) — мемориальный комплекс в Монтевидео, посвящённый чествованию сексуального разнообразия и памяти жертв преследования по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности.

Этот памятник уникален тем, что он отдает дань уважения всем формам сексуальности и гендерной идентичности, и он обращен даже не столько к памяти прошлого, сколько к надежде и вере в настоящее и в будущее. Казалось бы, удивительно, что столь прорывной проект был реализован не в Европе или США с их давними традициями толерантности и мемориализации  ЛГБТ-памяти , а в небольшой латиноамериканской стране. Однако, если бросить взгляд на историю ЛГБТ-прав в Южной Америке, все становится на свои места.

В колониальную эпоху одногендерные отношения в Латинской Америке, в которой действовали законы Испании и Португалии, являлись преступлением и жестоко карались. Тем не менее, со времен освобождения латиноамериканских государств от колониальной зависимости континент не знал ни одной массовой волны антигомосексуальных перследований, подобных тем, что имели место в нацистской Германии или в Советском союзе. Более того, часть новых государств, обретя самостоятельность, видимо, стремясь освободиться от репрессивного колониального законодательства, достаточно рано отменили уголовное преследование за гомосексуальность, опередив даде большинство европейских государств. Так, Аргентина, ставшая независимой в 1810 году, легализовала однополые отношения в 1887, Бразилия, добившаяся самостоятельности в 1822, сделала это аж в 1830-м, Парагвай, независимый с 1811, декриминализовал гомосексуальность в 1880. (State-sponsored Homophobia. A world survey of laws prohibiting same sex activity between consenting adults)

Уругвай, окончательно отделившийся от Бразилии к 1828 году, отменил преследования за гомосексуальность в 1934 году. (José Pedro Barrán. Homosexualidad en la historia de Uruguay.).

При этом первой территорией в Латинской Америке, где гомосексуальность была легализована, стала Французская Гвиана, заморский департамент Франции, где, как и в метрополии, однополые отношения были декриминализованы еще в 1791 году.

ЛГБТ-движение в Латинской Америке зародилось в 1960-х – начала 1970-х годов, хотя его успехи были на время отсрочены тем, что оно начало испытывать давление установившихся во многих странах реакционных режимов. Тем не менее, к концу 1980-ч – началу 1990-х Латинская Америка делает прорыв на пути к гей-эмансипации. На наш взгляд, это было связано в первую очередь в падением латиноамериканских диктатур (режим военной хунты в Аргентине в 1976-1983 годах, диктаторский режим в Бразилии в 1964-1985 годах, режим Пиночета в Чили в 1975-1990 годах, военная хунта вУругвае в 1973-1984 годах). Кроме того, Латинская Америка, имевшая давние связи с Западным миром, начала вовлекаться в глобализационные процессы.

В 2010 году Аргентина стала первым латиноамериканским государством, которое легализовало одногендерный брак и уравняло его с разногендерным. В 2012 она разрешила своим гражданам менять свою гендерную идентичность в документах.

В самом же Уругвае еще в 2007 году состоялось признание одногендерных гражданских партнерств, а 5 августа 2013 года Уругвай стал второй латиноамериканской страной, узаконившей одногендерный брак, предоставив супругам все те права, что предусмотрены и для разногендерных мужа и жены, в том числе право на усыновление воспитание детей.

(Omar G. Encarnación. Latin America’s Gay Rights Revolution. Journal of Democracy · Volume 22, Number 2, April 2011 pp. 104-118). Pablo Fernandez. Uruguay Legalizes Gay Marriage).

Возможно, именно поэтому Уругвай стал родиной первого в Латинской Америке ЛГБТ-памятника.

Открытие мемориального комплекса состоялось 2 февраля 2005 года в присутствии мэра Монтевидео Мариано Арана (Mariano Arana), ЛГБТ-активистов, правозащитников (Международная амнистия) и гостей, среди которых был, в частности, известный писатель и общественный деятель Эдуардо Галеано (Eduardo Galeano).

Памятник представляет собой трёхгранную призму высотой приблизительно один метр, косо усечённую сверху. Призму венчает плита из розового гранита с чёрными прожилками, имеющая форму равностороннего треугольника. На плиту нанесена памятная надпись:

«Honrar la diversidad es honrar la vida. Montevideo por el respeto a todo género de identidad y orientación sexual. Año 2005»

«Чествование разнообразия есть чествование жизни. Монтевидео в знак уважения всех видов сексуальной идентичности и ориентации. 2005 год».

Как мы видим, большинство цивилизованных стран мира признали память жертв гомофобии, и несмотря на консервативные позиции ряда граждан и организаций, ЛГБТ-активистам удается добиться увековечивания памяти тех, кто пострадал за свою инаковость.

Как мы видим, если сначала жертв гомофобии начали вспоминать почти исключительно в контексте гей-Холокоста (мемориальные доски Германии и Австрии в бывших концлагерях и на улицах городов), то позже гей-мемориалы стали посвящаться всем гомосексуалам, когда-либо пострадавшим от ненависти и насилия окружающих (Гомомонументы в Амстердаме и Гааге, мемориалы в Германии, памятники в Австралии, США и других странах). Наконец, еще один шаг заключался в том, что ЛГБТ-мемориалы стали обращаться не только к памяти прошлого, но и к тревогам за будущее, предупреждая об опасности гомофобии и стремясь оградить от ее преступлений грядущие поколения. При этом теперь ЛГБТ-мемориалы не просто стали символами утверждения равноправия геев и лесбиянок, а символами равноправия всех форм сексуальности и сексуального поведения (Площадь сексуального разнообразия Монтевидео).

Именно это и является окончательной целью мемориализации гей-памяти, да и всего ЛГБТ-движения в целом – равноправие всех видов сексуальности, всеобщая свобода, неограниченное и никем не попираемое, никем не осуждаемое, не презираемое право любить и быть любимым.

Спасибо Вам огромное за внимание!

До скорых встреч!!!

Ваш Андрей.


Рассказать другим:




Нравится



Отзывов нет на «ЛГБТ-память: от преследований и замалчивания — к увековечиванию. Часть 2»

Ваш отзыв:

Имя (обязательно):
Почта (обязательно, не публикуется):
Сайт:
Сообщение (обязательно):
XHTML: Вы можете использовать следующие теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>
*

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

WordPress Backup